Должен ли большой художник быть большим человеком (вернее, как иногда пафосно пишут – Человеком с большой буквы)? Скорее всего, обязательно должен. Иначе останется ремесленником – с той или иной степенью мастеровитости. Иначе не сумеет до конца прочувствовать боль или радость других людей, понять, пережить, переработать в некий новый и жизненно необходимый феномен, которым всегда является подлинное произведение искусства.
Кстати, особый вызов нашего времени – выбор между подлинным и имитацией. Быть подлинным и делать нечто подлинное – трудно. Легче, экономнее, удобнее – имитировать, повторять, следовать за. Хорошо еще, если за кем-то настоящим. Хуже – если за миражом.
Что это за человек – Альберт С. Чаркин? Попробую собрать мнения и размышления его друзей, коллег, а если удастся – и недоброжелателей ( исходя из принципа – у человека деятельного всегда есть недоброжелатели).
Сначала короткая констатация. Из уст старейшего петербургского графика Валерия Георгиевича Траугота, которого профессионалы знают как изысканнейшего стилиста, а народ – как соавтора силуэта оленя знаменитого ливизовского логотипа. Фраза Траугота поражает временными (ударение на -ы) рамками. Итак, начало фразы:
- Я лично видел и знал всех(!) председателей Союза художников, кроме Петрова-Водкина.
Напомню, – это были такие люди, как М.Манизер, В.Серов, Я.Николаев, В.Соколов, И.Серебряный, П.Фомин,Б.Угаров, Ю.Лоховинин, М.Аникушин, Е.Мальцев.
Конец фразы:
- Такой открытой, искренней, взаимоуважительной атмосферы в Союзе не было ни при одном из них, кроме Чаркина.
Я спросил:
- Можно Вас цитировать?
Траугот сказал:
-Да.
Что я и делаю.
